Про Большую книгу

Тут возник вопрос по поводу того, почему я сам себя номинирую на Большую книгу.

В принципе, еще в прошлом году инициатива выдвинуть меня на премию исходила от Первой редакции «Эксмо», которой тогда заведовала мой издатель Ольга Аминова.

Но тут есть один нюанс. Количество номинантов, которых может выдвинуть издательство, на порядок меньше тех, кого бы оно хотело выдвинуть. При этом писатели обычно относятся к этому чрезвычайно болезненно, считая, что выдвигать их должно только издательство. Мне рассказывали, что даже когда выдвижение от издательств срывалось по чисто техническим причинам, это становилось причиной если не трагедий, то драм по меньшей мере. Люди ссорились насмерть с теми, с кем дружили много лет, уходили из одних издательства в другие и т. д.

Признаюсь, когда меня попросили выдвинуться самому, на миг я дрогнул, как-то неприятно сделалось. Но когда мне объяснили, что юридически это абсолютно одно и то же, я подумал: «Какая разница? Главное, чтобы книгу прочитали».
Да и чего я стою, если к сорока восьми годам не могу справиться с собственным самолюбием? Конечно, самовыдвижение не выглядит делом таким статусным, как выдвижение издательством, но меня статус никогда особенно не волновал. Может быть, потому, что со статусами у меня всегда все более-менее было в порядке. Первый свой рассказ я опубликовал в 21 год тиражом в полтора миллиона экземпляров, постоянным колумнистом «Нового времени» стал в 23, в 24 меня стало публиковать «Новое русское слово», в 25 я стал завотделом публицистики в «Иностранце». Тогда же журнал «Драматургия» опубликовал мою первую пьесу, с 26 лет мои пьесы стали ставить в российских театрах, в 26 же я стал автором «Кукол» и лауреатом Тэфи (премию в тот год присудили коллективу «Кукол»), в 28 лет сделался вице-президентом на телеканале, в тридцать с небольшим — главным редактором одного глянцевого журнала. В промежутках меня бросало вверх и вниз — чуть ли не до полотера.

Единственное, к чему приучает такая пестрая биография — к пониманию того, что статус ничего особенного не значит. Статус — это либо путь к другому статусу, либо к деньгам. Но я работал сценаристом и денег мне более-менее хватало, а по-настоящему меня интересовало только одно — литература.

Вот поэтому я совершенно спокойно отнесся к тому, чтобы выдвинуть «Людей Черного дракона» на Большую книгу самому. Тем более, что редакция подготовила все документы и мне оставалось только отвезти их и книжки в офис Большой книги.

Так что в этом году я уже сам сказал Аминовой, что «Ангела пригляда» буду выдвигать самостоятельно: мне это ничего не стоит, а у редактора одной головной болью меньше.

О чем, как говорили в советской школе, хотел сказать автор этого поста? Да ни о чем ином, как только о своем уме, скромности, и необыкновенных человеческих качествах.

Спешите купить коньяк на разлив по цене от 50 грн. за литр. Качественный продукт из Молдавии.

Самое интересное:

Про Большую книгу: 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *